- Видишь, Лобсанг, - обратился он ко мне, - эти палки помогают ходить калекам. Сейчас я собираюсь подойти к этому шкафчику и наложить себе на ноги повязки получше старых. В них я смогу перемещаться как обычно, пока плоть заживает, а кости срастаются.

Он двинулся вперед, и я, любознательный от природы, последовал за ним. Он сказал:

- Принеси-ка наши дощечки. Мы поставим их в этот угол, чтобы воспользоваться ими когда нужно.

Он отвернулся от меня и стал обследовать шкафчик. Я также повернулся в другую сторону, взял дощечки и, возвратившись, поставил рядом со шкафчиком.

- Лобсанг, а, Лобсанг, сможешь ли ты втащить сюда наши свертки и тот стальной брусок? Он сделан не из железа, как ты считаешь, а из гораздо более твердого и прочного материала, который называется сталью.

Я развернулся и подошел к той каменной плите, через которую мы вошли сюда. Я нажал на ее верхнюю часть, и она, заняв горизонтальное положение, застыла на месте. Мне ничего не стоило пригнуться и пройти под этой плитой. Свет был для меня настоящим благословением - он заливал весь туннель, и я прекрасно видел стену и тот огромный валун, который причинил нам так много бед. Свертки, в которых находился весь наш скарб, находились по другую сторону валуна, и мне стоило немалых трудов перебраться через валун и достать их. Они показались мне невероятно тяжелыми, что я приписал упадку собственных физических сил, вызванному недостатком еды. Вначале я оттащил два мешка к дверному проходу, оставил их там, а затем возвратился за стальным бруском. Мне удалось с трудом приподнять его, и я тут же стал задыхаться и кряхтеть, как старик. Тогда я взялся обеими руками за один его конец и, пятясь, стал волочить его по земле. Только таким образом я с трудом ухитрялся перемещать его. Я долго обходил валун, но затем двигаться стало несколько легче.

Теперь мне оставалось перетащить паши свертки в ту огромную комнату под горизонтальной плитой.